Автор: Ленни Гибсон, Burlington College, Vermont, USA

Введение

Уайтхед и Гроф оба глубоко критикуют картезианско-ньютоновскую парадигму и сопутствующий ей материализм. Уайтхед называет фундаментальную ошибку этой парадигмы «ошибкой неправильно применяемой конкретности», а Гроф противопоставляет ей холотропную перспективу, согласно которой целое Вселенной отражается в каждой её части. В этом отношении их космологии совпадают.

Практически говоря, разница состоит в том, что акцент Грофа сделан на психологическом опыте, а Уайтхеда – на философском. Однако, как дополняющие друг друга системы, они расширяют друг друга и в конечном итоге предоставляют понимание Вселенной, охватывающее спектр от конкретного человеческого опыта до космологии.

Первая часть данной статьи подробно описывает процесс холотропного дыхания (ХД), чтобы дать читателю практическое представление о том, что он собой представляет, и создать контекст для обсуждения вопросов во второй и третьей частях.

Вторая часть излагает основные аспекты метафизики Уайтхеда. Она начинается с критики материалистической модели реальности, проблемы которой стали особенно явными для Грофа в ходе его клинических встреч с нетривиальными переживаниями пациентов (Grof, 1985). Модель Уайтхеда предлагается как альтернатива механистическому материализму, который изображает фундаментальные реалии Вселенной как инертные элементарные частицы.

Вместо инертных частиц Уайтхед выдвигает идею о событиях, рассматриваемых как «капли опыта», в которых отражается целостность. События, в отличие от инертных частиц, не просто взаимодействуют внешне, но активно «тянутся» к прошлым событиям и включают в себя их аспекты в процессе своего становления. Уайтхед называет такое взаимодействие «прехенсиями» (от английского apprehend – воспринимать).

Терминология Уайтхеда – события, случаи, прехенсии – подчеркивает активность, присущую процессу становления, а не инертное бытие атомов, как в механистической науке. Поскольку данная терминология существенно отличается от материалистических категорий, которые картезианско-ньютоновский механизм внедрил в наше культурное сознание, для её освоения требуется определенное изучение. Глоссарий, составленный Джоном Коббом младшим, может быть полезным для понимания терминологии Уайтхеда (Cobb, 2008). Кобб также использовал метафизическую перспективу Уайтхеда для развития «процессуальной теологии», которая привносит в религиозное мышление такие же радикальные идеи, какие Гроф привносит в психологию.

Вопросы, которые Гроф поднимает в своей теории холотропного дыхания, можно осветить с помощью альтернативной модели Уайтхеда к картезианско-ньютоновской парадигме. Три основные темы, которые рассматриваются в статье, следующие:

1. Самоидентификация.
2. Прошлые жизни и другие нетривиальные переживания.
3. Духовные чрезвычайные состояния.

Альтернатива картезианско-ньютоновскому мышлению предлагает способ понять как реальными явления являются феномены, которые мейнстримная наука отвергает как аномалии – например, мистические переживания, переживания, связанные с отождествлением с животными или людьми, которые жили ранее, и определенные духовные переживания, которые традиционная психология списывает на психоз.

В третьей части статьи рассматриваются теория перинатальных матриц Грофа и метафизика Уайтхеда в совокупности. Это обсуждение служит основой для анализа:

1. Взаимосвязи ментальных и физических аспектов опыта в бодиуорке ХД.
2. Траектории терапевтического процесса ХД.
3. Трансформации и духовности.

Уайтхед утверждает, что события имеют как ментальный, так и физический полюс. Такая концепция устраняет дихотомию «ум–тело», которая является проблемой для когнитивной науки, и предоставляет рамки для понимания слияния телесного и психического опыта, которое часто наблюдается в фазе «бодиуорка» ХД.

Уайтхед считает, что цель, в аристотелевском смысле конечная причина, является фундаментальной для траектории в процессе становления событий, который составляет базовую реальность мира. Холотропная теория рассматривает целенаправленную траекторию в человеческом опыте – от процесса рождения до эффективной терапии и духовной трансформации. Эти два понимания дополняют друг друга, приводя к очищению эмоций, которое Гроф называет исцеляющей трансформацией, а Уайтхед – Миром.

Часть I — Введение в холотропное дыхание (ХД)

Гроф разработал ХД как альтернативу психоделической терапии, которой он широко занимался сначала в Психиатрическом исследовательском институте в Праге (Чехословакия), а затем в Психиатрическом исследовательском центре штата Мэриленд. В Праге Гроф работал с нормальными экспериментальными группами и психически больными; в Мэриленде – с терминальными онкологическими пациентами, алкоголиками, наркоманами, невротиками и нормальными группами (Grof & Halifax, 1977). Позже, в качестве приглашённого учёного в Институте Эсалена в Калифорнии, Гроф переключился на писательскую деятельность, что принесло ему обширную публикационную работу. Впоследствии, вернувшись к терапевтической практике в Эсалене, Гроф, при поддержке своей жены Кристины, разработал метод ХД. Метод ХД объединяет многочисленные аспекты техник, наблюдавшихся в Эсалене, который стал полигоном для движения за раскрытие человеческого потенциала.

ХД включает пять основных компонентов:

• Групповой процесс.
• Интенсивное дыхание.
• Эвокативную музыку.
• Фокусированный бодиуорк.
• Экспрессивное рисование.

Групповой процесс поддержки и обмена опытом создает базовый контекст работы. Семинар начинается с неформальной лекции, в которой излагаются теоретические основы и практические аспекты ХД, а затем участникам предоставляется возможность поделиться личными проблемами, что способствует установлению групповой связи.

После того как участники знакомятся друг с другом, их распределяют по парам для сеансов «дыхания». В первой сессии один человек «дышит», а другой «сидит» (во второй сессии роли меняются). «Дышащий» ложится на мат под присмотром «сидящего». Сеанс начинается с краткого упражнения на расслабление, после чего дышащим дают указание ускорить дыхание, делая его постепенно более глубоким и быстрым до максимально возможного объема. В течение всего сеанса звучит записанная музыка, которая не имеет специфического содержания, но является вызывающей ассоциации. Она следует по траектории – сначала активизирующая музыка с ярко выраженным ритмом и перкуссией, затем переходящая через последовательные фазы, как звуковая дорожка в фильме, поддерживая сеанс, но не задавая ему направление. Во время сеанса дышащие держат глаза закрытыми или накрытыми.

Примерно через 20–40 минут после начала сеанса большинство дышащих начинает испытывать неконкретное усиление психических процессов. Переживания дышащих различны и индивидуальны: они могут варьироваться от просто усиленного эстетического восприятия до обильного потока образов и видений. По словам Грофа, опыт может включать усиленное мышление, яркое воспоминание личных событий, мистический транс, погружение в «подземелья», скуку или ощущение безвыходности. Дышащие могут также испытывать телесные ощущения неизвестного происхождения – от смутных до ярких. Фасилитаторы могут предложить возможность выразить телесные ощущения через безопасные физические действия, например, оказать сопротивление, которое предоставляют фасилитаторы. После двух-трех часов пребывания в нетривиальном состоянии дышащие постепенно возвращаются к обычному состоянию, часто при поддержке фасилитаторов, работающих с телом.

Во время сеанса другой участник пары «сидит» за дышащим, сосредотачиваясь на нем целиком. Сидящие также удовлетворяют практические потребности: дают воду, салфетки, направляют к туалету – всё это происходит без слов. Сидящие могут также помогать с бодиуорком.

Дышащие завершают сеансы в разное время, в зависимости от своих предпочтений. Фасилитатор уточняет, решены ли возникшие проблемы и телесные ощущения, а затем сидящий проводит дышащего в отдельное помещение, где есть художественные материалы (бумага, карандаши, маркеры, краски) и предоставляются напитки и закуски. Дышащий может рисовать и/или писать то, что захочет.

Весь сеанс проходит с минимальным количеством слов, хотя допускаются вокальные проявления, даже крики и вопли. Внешние стимулы минимизируются за счёт затемнения помещения и того, что дышащие держат глаза закрытыми или прикрытыми. Рисование происходит в хорошо освещенном месте, но там разговоры также не приветствуются.

После завершения сеансов, а возможно и после приема пищи, группа собирается для сессии обмена опытом, где участникам предлагается поделиться своими ощущениями и рисунками. Сидящие также могут делиться своими наблюдениями, а фасилитаторы высказывают свои комментарии, но воздерживаются от интерпретаций. Участников просят сохранить свои работы для последующего размышления.

Часть II — Холотропная теория: Я и нетривиальный опыт

Общепринятая научная картина реальности как материальных тел, движущихся во времени и пространстве, является лишь умственной абстракцией, основанной на непосредственном опыте. В этой части статьи представлена альтернативная научная картина, где фундаментальными реалиями являются процессы переживаний, подобные оживленным «нитям» событий, складывающимся в оживленные ожерелья из моментов опыта. Уайтхед называет эти моменты «актуальными случаями» или «событиями» (Whitehead, 1925, стр. 93) и сравнивает их с «каплями восприятия», о которых писал Уильям Джеймс (James, 1916, стр. 155). В отличие от инертных частиц, описываемых в материалистической науке, эти случаи являются самосозидающимися. В отличие от материальных частиц, которые взаимодействуют только внешне, случай по Уайтхеду активно обращается к прошлым событиям и включает в себя их аспекты в процессе своего становления. Он называет этот процесс «прехенсиями» (от английского apprehend – воспринимать).

Терминология Уайтхеда – события, случаи, прехенсии – подчеркивает активность, присущую процессу становления, а не инертное бытие атомов в механистической науке. Поскольку терминология существенно отличается от материалистических категорий, внедренных картезианско-ньютоновским мышлением, для её полного освоения требуется дополнительное изучение. Глоссарий, составленный Джоном Коббом младшим, может служить полезным справочным материалом (Cobb, 2008). Кобб также использовал метафизическую перспективу Уайтхеда для развития «процессуальной теологии», которая предлагает радикальные идеи для религиозного мышления, аналогичные тем, что предлагает Гроф для психологии.

Темы, которые поднимает Гроф в своей теории холотропного дыхания, можно осветить с помощью альтернативной модели Уайтхеда к картезианско-ньютоновской парадигме. Три основных вопроса, рассматриваемых в статье:

1. Самоидентификация.
2. Переживания прошлых жизней и другие нетривиальные опыты.
3. Духовные чрезвычайные состояния.

Альтернатива картезианско-ньютоновскому мышлению позволяет понять как реальные являются явления, которые мейнстримная наука отвергает как отклонения – например, мистические переживания, опыты отождествления с животными или людьми, жившими ранее, и определенные духовные опыты, которые традиционная психология списывает как психотические.

Часть III — Холотропное дыхание и процесс рождения

Одним из главных вкладов Стэна Грофа в развитие глубинной психологии является его теория базисных перинатальных матриц (БПМ) (Grof, 1985, стр. 102 и далее). Терапевтический процесс ХД отражает теорию Грофа во многих важных аспектах, что позволяет провести полезное сравнение с мыслями Уайтхеда.

Теория БПМ Грофа выделяет четыре стадии нормального физиологического процесса рождения:

• Первая стадия – период внутриутробного существования на поздних сроках беременности до начала родов.
• Вторая стадия – период от начала родовых схваток до открытия шейки матки для прохождения ребёнка.
• Третья стадия – прохождение ребёнка через родовые пути.
• Четвертая стадия – появление ребёнка на свет.

Гроф связывает с каждой стадией матрицу возможностей, включающую как потенциальные механические и медицинские осложнения, так и разнообразие нормальных и ненормальных эмоциональных переживаний, а также архетипические темы. Взаимодействие этих возможностей влияет (в терминах Уайтхеда – «ингредиенты») на дальнейшее развитие жизни, но не определяет его полностью.

В качестве примера рассматривается вторая стадия (БПМ II). В этой стадии ребёнок оказывается в очень ограниченном пространстве: мышцы матки сокращаются, давят, а выход ещё невозможен, поскольку шейка матки не расширена. Нормальность или патологичность этого опыта зависит от его продолжительности и ряда медицинских факторов. Эмоционально ребёнок может испытывать чувство застревания или безвыходности. Классические литературные архетипы, такие как «Без выхода» Сартра или «Яма и маятник» По, иллюстрируют подобные переживания. Гроф предполагает, что травма, связанная с ощущением безвыходности, может впоследствии способствовать развитию эндогенной депрессии (Grof, 1985, стр. 103).

Статья далее рассматривает три аспекта терапевтического процесса ХД в сравнении с мыслями Уайтхеда:

1. Взаимосвязь ментального и физического в бодиуорке ХД.
   Уайтхед рассматривает ум и тело как полярности, подчеркивая, что они являются абстракциями, а не конкретными сущностями. Он называет это «ошибкой неправильно применяемой конкретности» (Whitehead, 1925, стр. 51). Гроф отмечает, что в психотерапии часто наблюдается подобная ошибка, когда внимание уделяется исключительно вербальным абстракциям, а физический аспект остается без внимания. В некоторых случаях терапевту даже запрещается касаться клиента из-за этических норм.В сеансе ХД участник может чувствовать эмоциональное застревание, которое часто сопровождается телесным дискомфортом. Фасилитатор, выявив это, может приложить руку к проблемной области или оказать поддержку, после чего попросить участника сделать несколько глубоких вдохов и затем максимально долго и решительно оказать сопротивление. По Грофу, результаты такой процедуры могут быть поразительными, как и эффекты поддерживающего бодиуорка (Grof & Grof, 2010, стр. 37–45). После физического напряжения участник может испытать глубокое эмоциональное освобождение и обильные воспоминания о прошлых травмах.
2. Траектория терапевтического процесса.
   Значение траектории в ХД сравнимо с акцентом Уайтхеда на процессе становления. Весь семинар ХД имеет свою траекторию, как и каждый сеанс, а даже отдельные моменты бодиуорка – каждая из этих траекторий отражает процесс рождения, который, по Уайтхеду, является процессом становления. Этот процесс начинается с обзора всего, что было и что может быть, затем формируется уникальная личность, которая затем растворяется в возможности для будущего. Траектория семинара постоянно направлена на восприятие, отличное от обычного сенсорного, и её можно описать как менее определённое, чем обычное ощущение.Семинар начинается с того, что участники, по сути, становятся группой. Этот процесс активизирует базовый режим восприятия, лежащий в основе социальных взаимодействий, создавая чувство комфорта и сплоченности. Групповая поддержка помогает участникам почувствовать, что они находятся в безопасности, и позволяет им глубже погрузиться во внутренний мир.Во время сеанса музыка задаёт траекторию, поддерживающую внутреннее путешествие. Звучащая на высокой громкости, музыка создает звуковую плотность, которая заглушает случайные звуки и спонтанные вокализации участников. Музыка выбрана так, чтобы вызывать ассоциации, но не конкретные эмоции, и она, как правило, инструментальная, без узнаваемых слов.Музыка начинается с активизирующих композиций, усиливающих опыт за счёт ударных ритмов. После этого музыка переходит к более необычным, несколько странным звукам, затем становится энергичной, эмоционально открытой и бодрящей, а в завершение — переходит в состояние красоты, расслабления и разрешения. Такая динамика музыки отражает этапы рождения: нарастание интенсивности, период неопределённого напряжения, затем открытие и разрешение. Отдельные эпизоды бодиуорка демонстрируют аналогичную траекторию: нарастание, сопротивление, отпускание и расслабление. Эта динамика напоминает перистальтические сокращения родов и весь процесс от первых схваток до окончательного расширения.
3. Трансформация и духовность.
   Описывать процесс отдельного случая только как становление недостаточно. В полном объеме этот процесс – сочетание становления и прекращения существования. На уровне человеческой жизни процесс – это рождение и смерть. Внутри же микропроцесса человеческого рождения наблюдается аналогия становления и прекращения: рождение в обычном мире означает одновременно и «умирание» эмбрионального состояния. Одним из ключевых духовных переживаний является перерождение – старое «я» умирает, а новое рождается. Эта идея, что перерождение отзывается эхом первоначального рождения, лежит в основе перинатальной (БПМ) модели Грофа, согласно которой человек может вновь пережить опыт, сравнимый по силе с первоначальным воздействием рождения.ХД нацелено на само-трансформацию через самопознание. Ключевой аспект самопознания – выявление тех переживаний или травм в прошлом, которые ограничивают жизнь человека. Хотя разум может способствовать этому процессу, его суть заключается в повторном переживании эмоциональной окраски прошлого опыта. Теория ХД не предписывает жестких путей на пути самопознания; она утверждает, что единственный эксперт по травмам, ограничивающим личность, – это сам человек. Аналогично, каждый случай можно считать уникальным экспертом в своем становлении.Согласно теории ХД, поведение и чувства человека не могут измениться под влиянием прошлых травм, если человек не имеет с ними осознанного контакта. Этот контакт может называться бессознательным, но это не означает, что травма не оказывает влияния в каждом повторении процесса становления.Уайтхед утверждает, что каждый случай не является пассивным в своем процессе становления, а активно черпает из своей истории:

   «Индивидуальные, реальные факты прошлого лежат в основе нашего непосредственного опыта в настоящем. Именно из этой реальности рождается случай, от неё он наследует источник эмоций, цели и страсти.»
   (Whitehead, 1933, стр. 361)

   Основная терапевтическая стратегия ХД заключается в том, чтобы помочь человеку повернуться внутрь себя. Обратившись внутрь, можно пережить всю свою историю, а возможно – и всю историю Вселенной. Хотя это кажется невероятным с точки зрения обыденного опыта, данное утверждение параллельно с тем, что Уайтхед говорит о каждом отдельном случае.ХД помогает вновь пережить травмы, но важное отличие состоит в том, что в исходной травматической ситуации человек испытывал реальную опасность, тогда как в терапевтических условиях ХД повторное переживание происходит в атмосфере глубокой эмоциональной и физической безопасности. Это и есть суть катарсиса и основной инструмент трансформации.Трансформация, к которой стремится ХД, в конечном итоге приводит к опыту, который Уайтхед называет «Миром»:

   «… положительное чувство, венчающее «жизнь и движение» души. Его трудно определить и описать. Это не надежда на будущее и не внимание к мелким деталям настоящего. Это расширение чувств, вызванное появлением глубокой метафизической интуиции, не поддающейся вербализации, но имеющей огромное значение для координации ценностей. Его первичный эффект – устранение стресса, вызванного чрезмерной озабоченностью души своим «я». Таким образом, Мир сопровождается преодолением личностных ограничений… Его эмоциональный эффект – ослабление турбулентности, которая тормозит развитие. Более точно, он сохраняет источники энергии и одновременно направляет их, чтобы избежать парализующих отвлечений.»
   (Whitehead, 1933, стр. 367)

Заключение

Стэн Гроф и Альфред Норт Уайтхед имеют общее наследие в работах Уильяма Джеймса (1916). Хотя Гроф считается одним из основателей трансперсональной психологии, его корни уходят в гуманистическую психологию Абрахама Маслоу (Maslow, 1968), а затем – в работы Джеймса. Джеймс первым исследовал влияние психоделического вещества (закись азота) на индуцирование мистического опыта и установил психологическую значимость группового процесса, особенно группы поддержки. Именно Маслоу ввёл термин «трансперсональная психология», обозначающий четвертую силу в психологии, после глубинной психологии и бихевиоризма. Третий импульс принес человеческие ценности, таким образом термин «гуманистическая», а четвертый – духовные ценности, давший трансперсональную психологию.

Нить от Джеймса через Маслоу к Грофу заключается в идее, что психология – это средство для самопознания, достижения совершенства, а не только способ борьбы с дефицитом или дисфункцией. В конечном итоге, эта идея самопознания и стремления к совершенству восходит к Аристотелю и Платону, и к заботе Сократа о «арете» (превосходстве).

Значимость Уайтхеда для процессуальной психотерапии двояка. Во-первых, он интегрирует открытия современной науки в метафизику, охватывающую всё развитие западной философии и соотнесённую с восточной философией. Во-вторых, он объединяет физику и смежные науки под общим знаменателем обобщенной психологии (Shimony, 1993, стр. 320).

Эмпирические исследования остаются, в основном, лишь перспективой для холотропного дыхания. Эмпирические исследования психоделиков, продолжающие работу Грофа, сейчас набирают обороты. Тем временем классическая ценность теоретических исследований вносит важный вклад в понимание. Сравнение теорий Грофа с процессуальной философией Уайтхеда в данной статье представляет собой попытку внести небольшой вклад в теоретическую корреляцию.

Список литературы

Cobb, J. (2008). Whitehead Word Book. Claremont, CA: P & F Press.

Eyerman, J. (1997). A Clinical Report on Holotropic Breathwork in 11,000 Psychiatric Inpatients in a Community Hospital Setting. American Psychiatric/Italian Psychiatric Association. Sienna, Italy: Academica.edu.

Garfield, A.E., and Bergin, S.L. (1978). Handbook of Psychotherapy and Behavior Change. New York: John Wiley & Sons.

Grof, C. and Grof, S (1989). Spiritual Emergency. Los Angeles: Jeremy P. Tarcher, Inc.

Grof, C. and Grof, S. (2010). Holotropic Breathwork. Albany, NY: State University of New York Press.

Grof, S. and Halifax, J. (1977). The Human Encounter With Death. New York: E.P. Dutton.

Grof, S. (1985). Beyond the Brain. Albany, NY: State University of New York Press.

Grof, S. (1988). The Adventure of Self-Discovery. Albany: State University of New York Press.

Lenny Gibson Grof, S. (2000). Psychology of the Future. Albany, NY: State University of New York Press.

Grof, S. (2001). LSD Psychotherapy. Sarasota, FL: Multidisciplinary Association for Psychedelic Studies.

Hartelius, G. Rothe, G. and Roy, P. (2013). A Brand from the Burning. In H. Friedman, The Wiley- Blackwell Handbook of Transpersonal Psychology (pp. 3-22). Chichester, West Sussex, UK: John Wiley & Sons.

Ho, M. (2008). The Rainbow and the Worm. Singapore: World Scientific Publishing Co. Pte. Ltd.

Hume, D. (1748). An Enquiry Concerning Human Understanding. London.

James, W. (1916). Some Problems of Philosophy. New York: Longmans, Green, and Co.

Jantsch, E. (1980). The Self-Organizing Universe. Oxford: Pergamon Press.

Maslow, A. (1968). Toward a Psychology of Being. Hoboken, NJ: John Wiley & Sons.

Poe, E. (2012). The Essential Tales And Poems of Edgar Allen Poe. New York: Barnes & Noble.

Prigogine, I. and Stengers, I. (1984). Order Out of Chaos. New York: Bantam Books.

Roberts, T. (2013). The Psychedelic Future of the Mind. Rochester, VT, USA: Park Street Press.

Sartre, J. (1958). No Exit. New York: Samuel French, Inc. .

Sessa, B. (2012). The Psychedelic Renaissance. London: Muswell Hill Press.

Shimony, A. (1993). Search for a Naturalistic World View, Volume II. Cambridge: Cambridge University Press.

Suzuki, D. (1962). Mysticism Christian and Buddhist. new York: Collier Books.

Whitehead, A. N. (1925). Science and the Modern World. New York: The Macmillan Company.

Whitehead, A. N. (1927). Symbolism. New Y ork: Macmillan.

Whitehead, A. N. (1929). Process and Reality. New York: The Macmillan Company.

Whitehead, A. N. (1933). Adventures of Ideas. New York: The Macmillan Company. 

Об авторе

Роланд (Ленни) Гибсон, Ph.D., окончил Williams College, получил докторские степени в области философии в Claremont Graduate School и в области психологии в Университете Техаса в Остине. Лени имеет более тридцати пяти лет опыта в изучении и работе с нетривиальными состояниями сознания. Он преподавал в Университете Талсы (Оклахома) и в Lesley College в Кембридже, Массачусетс. Стажировку в клинической психологии он проходил в больнице Ветеранской администрации в Бостоне, Массачусетс. Лени преподаёт трансперсональную психологию в Burlington College. Он – переживший рак и активно занимается трансформационными процессами.