Прежде чем приступить к чтению, познакомьтесь с записями

Первый сеанс (12.09.2009), г. Кишинёв
Второй сеанс (13.09.2009), г. Кишинёв

Холотропное дыхание: после двух процессов

Три недели. Именно столько прошло с первых двух сеансов холотропного дыхания, прежде чем я отправился на новый семинар. Трёх недель оказалось достаточно для того, чтобы ощутить из-мнения в себе и ответить на главный вопрос: «Что мне даёт холотропное дыхание?» Поэтому, прежде чем приступить к рассказу о третьем процессе, я немного остановлюсь на том, что происходило внутри меня после двух начальных сеансов. Быстрый, стремительный старт, свободная радость финала первых двух холотропов и не-обыкновенная лёгкость внутри в первые неделю-полторы мало похожи на то, что начало происходить со мной после. Каждая из этих двух половин как будто разделяет одного «меня» от совершенно другого «меня»; если первую неделю я проживал, каждой частицей своего тела испытывая лёгкость и обновление, то в оставшиеся две я вдруг принялся стремительно «катиться вниз» (прибегая к острым, как приговор, словам Есенина). Впрочем, обо всём по порядку. На первом этапе после холотропов значительно возросла моя личная эффективность ― практически во всём. Это коснулось и творчества (больше идей, больше возможностей для реализации, больше лёгкости), и публичных выступлений, и моих контактов с людьми. Эта лёгкость со-пустовала практически всему, что я делал и на что я шёл; лёгкость и полное отсутствие сомнений во всём. За прошедшие дни мои представления о мире и, в особенности, об окружающих меня людях если не пошатнулись, то, как минимум, претерпели изменения. После холотропного дыхания целый ряд иллюзий о себе и о мире ― шелуха, которая туманила взгляд и не позволяла взглянуть на мир шире, ― рассеялись. На многое: поступки людей, собственные эмоции, разного рода явления ― я начал смотреть иначе. Внутри появилось как будто чуть больше понимания этого безумного (каким я его, разумеется, не считаю) мира и того, что в нём вообще происходит. Дальше пролегает нечёткая граница между первой половиной этих недель и второй; граница, похожая на то, как будто кто-то медленно перекрывал кран радости и лёгкости, настолько медленно и постепенно, что я не заметил мгновения, когда всё оказалось накрепко закупорено. Причём настолько, что внезапно стало трудно дышать и к чему-либо двигаться, а потом ― более того ― вдруг возник такой тяжёлый вопрос: «А зачем?». Здесь и скрывается самое интересное из всего, что творилось в моей жизни между первыми и последующими моими сеансами холотропа. В определённый момент я вдруг почувствовал, что на месте меня-настоящего оказался я-прошлый, живший годы назад (от двух до пяти-шести лет в прошлое). Вернулся, занял своё место вместо истинного меня ― и спокойно себе зажил, ни о чём не спросив и вытолкнув многое из того, что было достигнуто. Если проще: вернулись состояния, в которых я жил раньше, в наиболее непростые периоды жизни. Состояния неприятные. Для того чтобы выйти из них, мне потребовались месяцы труда над собой и кардинальное изменение восприятия. Я вдруг начал видеть мир, как раньше, вести себя, как раньше, мои эмоции стали нестабильны, как раньше… Я как будто вновь прошёл свой путь последних нескольких лет: прошёл в сжатом виде, стремительно ― и совершенно бесцельно. Потому что одной из конечных точек этого пути оказалось состояние апатии и полной бессмысленности жизни. Ко мне в комнату словно вернулся июнь—2009: тусклые цвета, внутри ― пустота, а в мыслях ― один вопрос: «Для чего я живу?». Вопрос, который не искал ответа, а лишь выражал полное непонимание того, зачем я здесь. Так, в эти дни всплывает целый ворох внутренних ограничений (я имею в виду страхи, комплексы и предубеждения), которые казались уже отработанными. На деле же оказалось, что многое я лишь забивал как можно глубже в себя, радуясь, что избавляюсь от этого; сейчас же, после дыхания, оно начало выбираться наружу: сначала тонким ручейком, затем ― бурным потоком, который окончательно сбил меня с ног болезнью. Это продиктовало мне сомнения в том, следует ли идти на новый сеанс дыхания. Да что там сомнения! Я удерживался за причины, «почему я не могу попасть на холотропное дыхание», благо, что такие находились легко, как будто поджидая. Инертная часть меня со смаком перебирала их одна за другой: финансы, болезнь, время… Другая, обновлённая, знала, что я должен идти. В сущности, это был очень простой выбор из двух вариантов: или―или. Или я остаюсь в текущем состоянии, в котором всплыли на поверхность многие мои ограничения, ― или ищу выход из этого состояния. Я выбрал второе. И мой выбор оказался правильным. Прежде чем приступить к рассказу непосредственно о событиях третьего процесса, я желаю заострить ваше внимание на двух моментах. Для начала приведу простую и очень точную аналогию о холотропном дыхании, высказанную моим добрым другом по окончанию этого сеанса. Холотроп подобен портрету человека: можно описать словами его детали, формы, черты, его движения и мимику, ― но никогда ты не сможешь передать другому то, как он выглядит на самом деле. Словесный портрет не способен заменить реальный. Так и с дыханием: взявшись за описание своих процессов, я могу лишь пересказать, самым общим образом передать свои переживания. Если вы читаете эти записи под эгидой «холотропное дыхание в деталях», припишите к ней фразу «отдельного человека». Это настолько индивидуальный и личный процесс, что реальной картины вещей вы из чтения моих заметок не получите. Никак. Здесь ― субъективность в чистом виде и полное отсутствие выводов (исключая мои конкретные результаты после сеансов). Я рассказываю лишь о том, что со мной творилось, и как это выглядело, а все объяснения этому оставляю «за кадром».